Плагиата.net или кто у кого украл музыку

Главный редактор Karabas Live Игорь Панасов – о том, что все уже давно все украли у всех.

Кадр из клипа Ивана Дорна Collaba
Кадр из клипа Ивана Дорна Collaba
/Facebook.com/Ivan Dorn

Меня умиляют разговоры о том, что кто-то содрал песню или идею клипа у кого-то другого. В худшем случае, выясняется, что там совпадает ритмический рисунок на четыре такта. Или две секунды мелодической линии. Или хук в аранжировке.

Вопль номер один: «Иван Дорн в Collaba копирует Prodigy!» Вопль номер два: «Нет, Иван Дорн украл это у Aphex Twin!» И так далее. У меня есть информация для обличителей: артист с уровнем таланта как у Дорна может подражать только себе. Больше всего Иван в этой песне и клипе копирует самого себя.

Скажу больше: даже самый махровый эпигон тоже не ворует. Оммаж, цитата, трибьют и, наконец, просто заигрывание со слушателем веселья ради – грани между этими явлениями в музыке к 2017 году безнадежно стерты. Большая часть обвинений в воровстве идей и мелодий – не больше, чем тема для пустых пересудов. Экспертиза по плагиату в таких дебрях себе шею свернет.

Само понятие об ущербе при воровстве музыкальных идей трансформировалось. В бешеном инфопотоке XXI века, где высунуть голову выше других и быть замеченным – розовая мечта, любой повод выделиться – бонус. Группа Грибы стащила сюжетные мотивы для клипа у Jay-Z? Ок, Jay-Z получил от любопытствующих еще несколько десятков тысяч просмотров своего ролика и, не исключено, новых поклонников.

Андрей Данилко недавно в интервью мне признался, что отстреливал бы тех, кто по украинским селам и пгт на свадьбах и корпоративах бездарно копирует Верку Сердючку. Почему Данилко этого не делает? Если не считать варианта, что у него есть дела и поважнее, скорее всего, ответ такой: он понимает, что эти провинциальные горе-актеры продлевают жизнь его героине. А сам Андрей при этом не спеша продумывает сейчас концепцию рестарта/редизайна Верки.

Глаз Melovin похож на глаз Дэвида Боуи? Дидье Маруани спустя годы решил, что Филипп Киркоров его обокрал на песню? Публичные разговоры о плагиате все больше похожи на вид спорта, где участники дискуссий могут посоревноваться в красноречии, и не более.

Что на что похоже и насколько это наглое копирование – весьма индивидуальная вещь. Один человек скажет, что немецкая синти-поп-группа Camouflage – это творчество по мотивам Depeche Mode, другой закричит, что это чистой воды грабеж. Мне вот в новой песне Kasabian You’re In Love With a Psycho мерещится что-то из позднего Pink Floyd. Что я по этому поводу сделал? Расслабился и получил удовольствие от новой песни Kasabian.

В середине нулевых каждая вторая инди-рок-группа мира играла либо как The Stooges, либо как Joy Division. Судебные дела о плагиате, при желании, можно было ставить на конвейер. А смысл?

Самая страшная правда заключается, знаете, в чем? В том, что первый альбом на-всю-голову-оригинальной прото-панк-группы The Stooges и ее великого предводителя Игги Попа – это минимум наполовину смесь из идей The Doors и Velvet Underground. Не удивительно, если помнить о том, что продюсировал ту пластинку один из основателей «вельветов» Джон Кейл.

Все украдено до нас. Но самое интересное, что это не отменяет творчества. Просто каналы, по которым текут креативные реки, теперь другие. Эпоха новаторства, которая подпитывалась революционными изменениями в технологиях записи музыки, закончилась. Все божественно красивые мелодии созданы. Каждая следующая будет напоминать написанную ранее.

Новое время – время энергии. Уникальность песни и клипа не в том, что они открывают тебе новый мир, а в том, насколько точно они передают неповторимость артиста. А тут все просто – одинаковых людей не бывает. И весь фокус для исполнителя в том, чтобы раскрыть свою исключительность – пусть даже с помощью приемов, взятых из бабушкиных сундуков.

Не важно, что у тебя такая же штука с кнопками, которая издает звуки, как у десятков тысяч других музыкантов. Важно, чувствуешь ли ты жизнь каждой своей клеткой, когда нажимаешь на эти кнопки. Обнажен ли ты перед лицом музыки. И если да, то тебя услышат. Не важно, сколько человек. Может, один. Может, десять миллионов.

Музыка возвращается к своему истоку. Первобытному человеку с сопилкой на пороге пещеры было так же достаточно просто быть собой.

Адрес журнала: live.karabas.com

Наверх